В ХХ веке было четыре периода, когда дизайнеры всерьез проектировали для будущего. Мы решили вспомнить, как это было.
1920-е
Русские, немецкие и итальянские авангардисты дружно работали под девизом “Мы наш, мы новый мир построим”. Людям будущего – тем, кто был ничем, а станет всем, – нужна была мебель функциональная, без прикрас и удобная в производстве.
Именно авангардисты дешевизны ради начали делать мебель из ДСП и металлических трубок. Созданные штучно как макет или арт-объект, эти “дешевые и демократичные” вещи теперь живут в основном в музеях. Исключение – мебель Ритвельда и Брейера, которая вошла в “мемориальные” коллекции Knoll и Cassina.
1930-е
Эпоха трансатлантических перелетов, океанских лайнеров-гигантов и небоскребов – люди бросили все силы и средства на то, чтобы забыть Первую мировую и Великую депрессию. Дизайнеры работали по принципу “быстрее, выше, роскошнее”, используя дорогие материалы и изысканные отделки.
Никогда сталь не была такой хромированной, кожа такой тонкой, а дерево таким полированным. Особенно повлияло на дизайн развитие аэродинамики. Стримлайновские локомотивы и “студебекеры” Реймонда Лоуи и кресла Эйлин Грей стремительно увозили преуспевающую часть человечества от угрозы социальных потрясений. Стиль ар-деко рисовал гламурную картину будущего, за что и оказался в нем востребованным.
.jpg)
1960-е
Полет Гагарина сделал космос доступным и назначил облик межпланетного корабля главной тенденцией дизайна. Самолетные кресла, лампы-шлемы, кислотные цвета, фактуры а-ля ракетная обшивка или ткань скафандра – все стало возможным благодаря дешевым синтетическим материалам, которые и разработали как раз для нужд космической промышленности.
Вернер Пантон делал из полимеров интерьеры с волнистыми стенами, группа Archizoom подгоняла бытовую эргономику под параметры кабины пилота. Будущее было рядом, с ним можно было играть, и оно казалось светлым – особенно под влиянием ЛСД.
2000-е
В дизайне – “миг между прошлым и будущим”. Ретрофутуристы, такие как Карим Рашид, эксплуатируют наследие 1960-х. Новатора формы Заху Хадид вдохновляет компьютерная графика, благо новые технологии вроде лазерной резки позволяют ее воспроизводить. А подлинные творцы будущего – Константин Грчич, братья Буруллеки, Ора Ито – не просто фантазируют на тему киберпространства и балуются с кристаллическими решетками.
Они используют новые поколения полимеров и с нетерпением ждут момента, когда развитие нанотехнологий (работы с веществом на уровне молекул и атомов) позволит создавать сверхтонкие и сверхпрочные предметы.
Подготовил Данила Гуляев
Фото: АРХИВЫ ПРЕСС-СЛУЖБ; ИГОРЬ ПАЛЬМИН; ИТАР-ТАСС; AKG/EAST NEWS; BRIDGEMAN/FOTOBANK; CHRISTIE’S IMAGES; CORBIS/RPG; EVERETT COLLECTION/RPG; © АЛЕКСАНДР РОДЧЕНКО, ИЗ КОЛЛЕКЦИИ АЛЕКСАНДРА ЛАВРЕНТЬЕВА; KOBAL COLLECTION; PHOTO RMN; SCHROEDER 1 – GERRIT T. RIETVELD – CASSINA I MAESTRI COLLECTION; V&A IMAGES, VICTORIA AND ALBERT MUSEUM;