Невозможно представить себе Париж первой половины XX века без Жана Кокто: почти 50 лет он находился в центре литературной, театральной и художественной жизни французской столицы. В 1909 году он встретился с Сергеем Дягилевым, сказавшим ему знаменитое: “Удивите меня!” Произвести впечатление на русского антрепренера ему удалось не сразу: первый балет, для которого он сочинил либретто (“Синий бог”), провалился, но два следующих (“Парад” и “Голубой экспресс”) поразили и Дягилева, и парижскую публику.
Марсель Пруст вывел его в своем бесконечном цикле романов “В поисках утраченного времени” в образе денди Октава. К концу сюжета Октав начал выступать со скетчами, для которых сам рисовал костюмы и декорации, но Жан Кокто на этом не остановился, он писал стихи и прозу, пьесы и киносценарии, либретто для десятков опер и балетов, создавал эскизы платьев для Эльзы Скьяпарелли и придумал кольцо Trinity, из которого в Cartier сделали целую коллекцию.
Сам Кокто считал себя в первую очередь поэтом и выход первого альбома рисунков сопроводил замечанием: “Поэты не рисуют. Они как бы развязывают вязь своего почерка и вновь завязывают его другим способом”.
Коллекция A Tribute to Jean Cocteau (“Возвращение Жана Кокто”) выглядит как своеобразная ретроспектива творчества мэтра: ее создатели использовали и то, что сам Кокто называл “графической поэзией”, то есть рисунки на бумаге тушью, и керамику, которой он увлекся уже в 50-е годы — один из принтов имитирует композицию из керамических тарелок.
Один из мотивов вдохновлен фресками Кокто в часовне Сен-Блез де Симпле, где он похоронен, другой — изображением ангела, возможно, того самого, которого он однажды увидел во сне и придумал ему имя — Эртебиз.
Фото: архив пресс-службы