Пост почитания декоратора Франсуа Катру: история жизни и главные проекты

В воскресенье, 8 ноября, в Париже в возрасте 83 лет скончался французский декоратор Франсуа Катру. Рассказываем, чем он был знаменит и как повлиял на мир интерьерного дизайна.

“Франсуа Катру создавал по-настоящему модернистские вещи раньше, чем кто-либо другой, — сказала маркиза де Равенель в интервью Vanity Fair несколько лет назад. — Он использовал нержавеющую сталь, пластик и бронзу — материалы, которые тогда были не в моде. Он очень опережал свое время”.

Свой уникальный стиль, который строился на сочетании современных материалов и торжественных классических мотивов (“величественный уют”, как называла его Диана фон Фюрстенберг), Катру сформировал на своей первой работе, когда искал красивые интерьеры для статей в журналы. Подсознательно декоратор отточил собственное эстетическое видение, подход, допускавший соседство самого строгого металлического камина и антикварной мебели Андре Буля XVII века. Однажды во время своего визита в Нью-Йорк в 1970 году Катру сказал одному репортеру: “Я просто расслабляюсь и наблюдаю за окружающей обстановкой, но, конечно же, внимательное наблюдение — это тоже своего рода работа”.

Vogue 1970, Бетти и Франсуа Катру в своей гостиной по проекту Франсуа Катру.

Франсуа Катру, внук легендарного французского генерала и государственного деятеля, родился в Алжире в 1936 году, как и Ив Сен-Лоран, который был его школьным товарищем и хорошим другом. Ни военная служба, ни управление семейными поместьями не интересовали будущего декоратора, зато ему всегда нравилось думать над оформлением пространств. “Когда мне было пять лет, я уже менял декор своей комнаты”, — признался он Джеймсу Реджинато в 2016 году (в интервью для Vanity Fair в честь выхода монографии Катру, написанной дизайнером и журналистом Дэвидом Нетто). — А когда мои родители были в отъезде, я постоянно передвигал мебель по дому”. Эта привычка и положила начало карьере Катра. Он рос в довольно комфортных условиях — его бабушка была дочерью бывшего мэра города Маскара и унаследовала обширную недвижимость в стране, но когда в 1950-х годах разразилась алжирская война, семейное состояние пошатнулось. “Я был плейбоем, который никогда не планировал работать, — вспоминал дизайнер, — но теперь мне нужно было начинать зарабатывать на жизнь”.

Высокий, худощавый, энергичный и общительный, он стал звездой с того момента, как в 1968 году был опубликован его первый проект — миланский выставочный зал для модельера Милы Шун. “Это выглядит как завтрашний день”, — писали в газетах. В ответ на обвинения тех, кто сомневался в полном отсутствии опыта и профильного образования у Катру, он просто пожимал плечами. “Обучение разрушило бы то, что у меня есть, — говорил он в интервью 1988 года. — Я больше верю в спонтанность. Ненавижу слово вкус — его легко достать из журналов. Важнее, чем вкус, — это чутье. Если бы у меня был только вкус, я бы никогда не осмелился сделать пространство для Шун”.

Vogue 1975. Портрет Франсуа Катру с Габриэль ван Зуйлен.

Международная слава быстро окружила Катру. Со многими своими первыми клиентами он уже был знаком: например, с коллекционером Эме Маг, предпринимателем Антенором Патиньо, Мари-Элен и Ги де Ротшильд. Джен и Гарднер Коулс-младший, издатели журнала Look, попросили Катру оформить интерьер их резиденции на Манхэттене в доме 810 на Пятой авеню, реконструкцией которого занимался Пол Рудолф.

Интерьер квартиры на острове Сен-Луи, которую Катру оформил в 1968 году для себя и своей новоиспеченной жены Бетти Сейнт (бывшей модели Chanel и будущей музы Сен-Лорана), был умопомрачительно футуристичным для того времени. Каминная труба от пола до потолка в гостиной была сделана из нержавеющей стали, волнистые диваны и банкетки “вжимались” в пол, а кровать украшало покрывало из желто-белого винила — его диагональные полосы перекликались с черно-белой шубой Пьера Кардена, которую Бетти надела в качестве свадебного платья. Как писал Реджинато, квартира была “сочетанием разных отсылок: от NASA и Стэнли Кубрика до Дэвида Хикса”.

Horst, Vogue 1970. Современная черно-белая гостиная в квартире Франсуа Катру.

“Дэвид Хикс получает все похвалы в мире за то, что он объединил современное с классикой, но ведь Франсуа занимался тем же самым во Франции, — говорит Нетто. — Хикс делал это с помощью цветных, хромированных и узорчатых ковров. У Франсуа это были кремовые стены, лак, травертин и изысканное японское дерево, которое он приспособил в качестве жалюзи и комнатных экранов”.

Многие из клиентов Катру были выходцами из таких же известных семей, как и он сам, поэтому ему часто приходилось иметь дело с “фамильными ценностями, которые компрометировали его современные вкусы”. Однако с опытом, к 1980-м годам, его арсенал стилей пополнился. “Ротшильды и Патиньо убедили меня, что нельзя игнорировать классические красивые предметы”, — признался он Vanity Fair.

Vogue 1970. Столовая Раймонда Зенекера в Париже, оформленная Франсуа Катру.

Тем не менее к тому времени, когда они с Нетто начали работать над монографией декоратора, он вернулся к современном стилю, создав пространства для Даши Абрамович, Лорен Санто Доминго и кронпринцессы Греции Мари-Шанталь. Катру хотел забыть свой “роскошно-богатый” период. “Он был настолько поглощен тем, чтобы двигаться вперед, что настоял на том, чтобы мы бросили работу над чрезвычайно важными проектами, такими как ложа, которую он сделал специально для Ротшильдов, — говорит Нетто. — Чем старше он становился, тем моложе мыслил, — сейчас его монография могла бы быть на 30 или 40 страниц больше”.

По словам кронпринцессы Греции Мари-Шанталь, которая с детства росла в украшенных Катру домах и сейчас живет в одном из них, декоратор был очень разносторонним: “История сотрудничества моей семьи с ним уходит корнями в начало 1970-х, когда он оформил дом для моих родителей на острове Сен-Луи с тканями Le Manach и французским антиквариатом — это было великолепно. Но он также был хорош в работе с нейтральными и мягкими цветами. Для него было важно понять, как ты хочешь жить, чтобы создать комфортную именно для тебя обстановку”.

Vogue 1976. Гостиная в апартаментах графа и графини Юбер д'Орнано на парижской набережной Орсе, украшенная Франсуа Катру двумя хрустальными люстрами восемнадцатого века, мраморным камином, австрийскими шторами на окнах и несколькими стульями различных стилей.

Помимо жены, которая называла его “чрезвычайно талантливым человеком с золотым сердцем”, у Катру остались две дочери и двое внуков. “Раньше говорили, что Пикассо был гением “без послания” — как и он, Франсуа избегал “привязанности” к чему-то конкретному в течение многих лет. Трудно сказать, за что его будут помнить, кроме хорошей работы, а это все, что он хотел сделать”, — добавляет Нетто.

Впервые материал был опубликован в американском Architectural Digest.

Фото: Getty Images