Константин Крюков прогулялся в компании AD по ювелирным и часовым бутикам Москвы и рассказал, какие украшения ему нравятся и почему.
Краткая справка: Родился в 1985 году, учился в Швейцарии, где по настоянию деда, режиссера Сергея Бондарчука, получил художественное образование, а потом окончил Американский институт геммологии. Сейчас, по признанию Константина, кино и ювелирное искусство играют в его жизни одинаково важную роль. При этом у него есть еще и другие увлечения, например живопись и дайвинг.
Константин Крюков стал знаменитым в 2005 году после выхода фильма “9 рота”, а потом вдруг оказалось, что новый герой российского кино еще и ювелир. Уже в шестнадцать лет Крюков получил диплом Американского института геммологии, став едва ли не самым юным выпускником за всю историю этого заведения, и тут же занялся дизайном украшений. “Хотелось поскорее начать зарабатывать деньги”, – вспоминает он.
Об этом бэкграунде Крюкова знают не все – во время нашей прогулки он то и дело повергал в изумление сотрудников ювелирных бутиков профессиональными познаниями по части технологий работы с драгоценными камнями, способов закрепки и прочих тонкостей. И самое интересное, что мы вынесли из этой прогулки, – чем больше знаешь об украшениях, тем сильнее они нравятся.
1. Dior Joaillerie:
Собственная ювелирная линия появилась у французского модного Дома в 1998 году. С тех пор ее бессменной арт-директрисой является экстравагантный ювелир Виктуар де Кастеллан.
“У этого кольца мне очень нравится цветовая гамма, но, конечно, оно требует особого клиента. Думаю, эти украшения хорошо подходят русским женщинам”.
“Мне нравится мужская одежда Dior. Но, если честно, украшения этой марки я раньше никогда не видел. И я в восторге – это разноцветная детская сказка!”
“Лак в ювелирных изделиях – это круто! Настоящий XXI век. Если пытаться делать аналогичные украшения из эмали, то это будет долгий и сложный процесс. С лаком, насколько я понимаю, работать проще. А по эффекту он лучше – цвета ярче, насыщенней”.
“По сравнению с другими украшениями этот браслет выглядит скромно. Но узор у него очень оригинальный. И очень тонкое плетение”.
“У этого кольца фантастическая форма. Иногда ювелир отталкивается от камня, а здесь первичен эскиз дизайнера. Сперва появляется идея, а потом уже смотрят, какие камни под нее подходят”.
2. Piaget:
Часовая мануфактура Piaget существует с конца XIX века. Ювелирное подразделение появилось у нее в 1960 году, так что здесь чувствуется и современный дух, и исторические корни.
“Украшение словно из фильма “Великий Гэтсби”. Очень красиво, в хорошем смысле слова несовременно, а на шее будет смотреться еще более выигрышно”.
“Кольцо из комплекта Limelight Embroidery выглядит особенно интересно, если смотреть сбоку – при определенном угле преломления через цвет сапфира пробивается отблеск аметиста. Я вообще безумно люблю аметисты. Люди не всегда понимают их ценность – аметисты есть на любых развалах, где продают украшения. Но между теми камнями и этим – пропасть”.
“У этого кольца вращается центральная часть. Мало того что сама идея принадлежит Piaget, они делают очень хороший механизм – всё реально вращается. Казалось бы, ничего сложного, но повторить это так, чтобы ничто не скрипело и не заедало, мало кому удавалось”.
“Тут главное, что дает живой эффект, – это асимметрия. Плюс, кроме камешков, играют еще и закрепы, добавляя свечения. Следующий шаг – пахнущий металл, чтобы это кольцо вечно пахло розой. Кстати, пахнущий каучук уже есть – из него делают ремешки для часов”.
“У сережек красивое крепление – застежка уходит назад, на мочке остается только бриллиантовый узелок. И жемчуг я тоже очень люблю. Красиво, лаконично и навсегда”.
3. Roger Dubuis:
Одна из самых молодых часовых марок – Роже Дюбюи основал ее в 1995 году. Константин Крюков является послом марки в России.
“У Roger Dubuis сверхузнаваемый дизайн, в том числе самого механизма: турбийон, напоминающий мальтийский крест, фантастический звездчатый скелетон – в каждой детальке чувствуется дизайнерская задумка. И, что немаловажно для меня и многих других людей, марка выпускает свои коллекции небольшими сериями, это как “роллс-ройс” в мире часов”.
“Это очень женские часы – перламутровый циферблат, аметисты на безеле, атласный ремешок. Но при этом внутри у них хороший швейцарский механизм собственного производства, они идеально сделаны, и на них стоит женевское клеймо”.
“У этих часов очень удобный циферблат – и сами цифры, и стрелки. Есть марки, у которых все хорошо с художественной точки зрения, но время понять невозможно. А здесь ничего лишнего”.
“Обычно у моделей с турбийоном ручной подзавод. Многие удивляются: как это, такие дорогие часы, а их надо вручную заводить? Но сам процесс, когда ты берешь их в руки, заводишь, выставляешь время – своеобразный ритуал, который мне очень нравится. Таким часам приятно уделять внимание”.
4. Van Cleef & Arpels:
Французский ювелирный Дом основан в 1906 году, знаменит приверженностью традиционному дизайну и многочисленными техническими новациями.
“Если посмотреть на эту стрекозу с изнанки, то у нее под каждый камешек выпилено свое окошечко, – выглядит как кружево. Без этого камни бы так не играли”.
“Я думаю, никакой технической сложности в том, чтобы вставить дерево в золотую оправу, нет, но примеры, когда оно уместно используется в ювелирных изделиях, встречаются нечасто”.
“Вот она, красота: мало металла, много камней, которые красиво сочетаются между собой. И сама идея – круги, их смещение – мне очень нравится”.
“Кольцо-трансформер – можно носить на одном пальце, а можно сразу на двух. Если говорить о формах, то Van Cleef & Arpels – консервативная компания, но при этом они постоянно придумывают какие-то фишечки”.
“Смотрите, как красиво – органика вместе с камнями! Только компании-гиганты могут совмещать такие разные по стоимости материалы: перламутр – это недорого, а вот сердцевинка у этой брошки серьезная”.
“Сколько я слышал споров об этой коллекции: может это столько стоить или нет? Кто-то знает себестоимость материалов и думает, что вещь должна стоить дешевле. Но цена определяется не только этим: Alhambra – знаковая коллекция, якорь этой компании”.
Фото: Яков Титов; Архив Пресс-службы