Чтобы попасть из Афин на Гидру, необходим летающий дельфин. Именно так – Flying Dolphin – называется катамаран, который курсирует между столицей Греции и одним из ее красивейших островов. И хотя проводить конкурсы красоты и исторической значимости между греческими островами – занятие бессмысленное (каждый из них – родина какого-нибудь бога или место великого сражения), Гидре безусловно принадлежит “приз зрительских симпатий”.
Подкупает и ее драматичная военная история, и внешние данные. Чего стоит хотя бы вид на остров из гавани: собор медового цвета, живописная толпа туристов и торговцев, и мириады разнокалиберных домов, которые жмутся к крутым скалистым склонам.
Большие и маленькие, заброшенные и ухоженные, рыбацкие хижины или дворцы – эти неизменно белоснежные дома представляют для приезжающих на остров особый интерес: с 1940-х годов, когда европейская и американская богема основала на Гидре колонию художников, недвижимость здесь идет нарасхват.
Едва ли не самой влиятельной фигурой в этой колонии была Катарина Паурис, знаменитая греческая красавица, коллекционерка и светская львица. Незадолго до начала Второй мировой она купила себе на Гидре старинное, 1821 года постройки, полуразрушенное палаццо (конечно, белоснежное), когда-то принадлежавшее революционеру и патриоту Лазаросу Кондуриотису.
Сегодня в роскошном, с несколькими террасами доме, который находится на высоте 100 метров над портом и потому всегда остается изолированным от шумной толпы, живет дочь Катарины Паурис, Мария Матцини. Мария готова бесконечно рассказывать о своей матери и о том, какую грандиозную работу Катарина провела когда-то, чтобы вернуть дому былое великолепие.
Усилия пришлось приложить немалые: рельеф на Гидре настолько крутой, что ни машин, ни мотоциклов на острове практически нет. К дому Катарины ведут сотни каменных ступеней, и если полный энтузиазма гость или груженный провизией ослик еще могут по ним подняться, то как быть со строительными материалами и мебелью? Тем не менее Катарина Паурис преуспела со своим планом реставрации: дом был заново отделан и обставлен в рекордные сроки.
Его комнаты заполнили поднятые по крутым ступенькам антикварная мебель, керамика, венецианские зеркала, фарфор, иконы, живопись. Во всем сказывался личный вкус Катарины: ее любимым декораторским приемом был контраст, цветовой или тематический. Так, например, на дверях ее ванной появились несколько неожиданные в греческой глуши изображения букетов в духе викторианской Англии. На фоне белых стен встали темные, тяжеловесные столы и комоды из красного дерева.
Кухня оказалась выложена канареечно-желтой плиткой и забита медными сковородками. И повсюду – на фасадах, в интерьерах, в отделке мебели и подборе аксессуаров, – появилось традиционное и так любимое в Греции сочетание белого и голубого. Гречанка Катарина не могла отказаться от своей “национальной” цветовой гаммы – она придерживалась ее даже в одежде, которую всегда заказывала у парижских кутюрье.
Дом Катарины Паурис был ареной великолепных артистических вечеринок: ее гостями были такие известные художники, как американец Брис Марден, грек Бизантиос и космополит Сальвадор Дали. “Я так и вижу ее: она стоит на террасе, смотрит вниз, на прибывающих гостей, готовая приветствовать их улыбкой, – вспоминает Мария. – Моя мама была поразительной женщиной. Она сама была очень красива и умела ценить прекрасное во всем: в пейзаже, в картине, в людях, в простом цветке. Она обожала Гидру. Она обожала этот дом, и он так похож на нее. Не удивительно, что я стараюсь сохранить его в неприкосновенности – точно таким, как мама его создала”.
Текст: Барбара Стоэлти
Фото: РЕНЕ СТОЭЛТИ