Иногда характер дома проявляется только после того, как с него удаляют все накопившиеся за многие годы наслоения. Именно с такого процесса аккуратной расчистки дизайнер Джеймс Ханифорд начал осваивать старый прибрежный дом в Бриджхэмптоне. И только потом он стал проявлять в обновленном доме свою собственную личность и собственную эстетику.
Сегодня дом совершенно не похож на то, каким его Ханифорд впервые увидел восемь лет тому назад. Получившееся семейное жилище, спокойное и как будто бы непритязательное (хотя на самом деле невероятно продуманное в дизайнерском отношении) – результат победоносной борьбы с материалом.
“Сложнее всего для меня было сохранить простоту и аутентичность дома, – рассказывает Ханифорд. – Мне нравится, что он шероховатый и немного деревенский, это весьма в духе места. В конце концов, здесь и была деревня когда-то. Поэтому мне не хотелось тут выстраивать Беверли-Хиллз”.
В основном Ханифорд живет на Манхэттене, там же находится его мастерская. В качестве загородного жилья был еще дом на севере штата Нью-Йорк (тоже, кстати, старинный). Но со временем дизайнер пришел к мысли, что ему и двоим его детям пора переезжать к морю.
“Примерно восемь лет назад я стал снимать дом недалеко от Бриджхэмптона, – говорит Ханифорд. – Неподалеку жили и клиенты, так что для меня это было еще и удобно. Как-то я проезжал мимо этого дома и увидел табличку “продается”. Вот и решил зайти посмотреть”.
В то время дом, построенный в 1865 году, был облицован не гонтом, а алюминиевым сайдингом. Сохранившиеся деревянные полы были наглухо скрыты ковролиновым настилом, а балки – подвесными потолками. И тем не менее Ханифорду показалось, что потенциал у дома есть. К тому же он был удобно расположен (и до пляжа, и до городского центра легко дойти пешком) и при нем имелся большой сад – для семейного жилья дополнение немаловажное.
Ханифорд раскрыл и первоначальные половицы, и балки. Конструкции дома оказались вполне прочными, и на первом этаже даже удалось без ущерба для надежности снести несколько стен, чтобы создать более свободное жилое пространство. С задней стороны появилась двухэтажная пристройка, сделавшая дом куда вместительнее (шесть спален вместо трех).
Все стены в доме выкрашены в один цвет, что придает интерьеру спокойное единообразие даже при эклектических всплесках в подборе мебели и произведений искусства. “В зависимости от освещения и пропорций комнаты иногда кажется, что оттенки всюду разные”, – говорит Ханифорд, который этот жемчужно-голубоватый оттенок получил самостоятельно, смешивая краски, и поэтично окрестил его “туманный летний шквал”.
Часть мебели дизайнер создал специально для дома, часть взял из продукции собственного бренда. Диваны, стеллажи, вольтеровское кресло в гостиной, рустикальные стол с лавками в столовой – все это работы Ханифорда, как и множество светильников по всему дому.
Старины (за которой дизайнер, по его словам, охотился по всему штату) в интерьере тоже много. Это не только мебель, но и, к примеру, винтажные ванны, а также глобусы, буи и даже весла. Вся эта просоленная морская атрибутика теперь украшает интерьер на равных с работами Роберта Раушенберга и других серьезных художников. И зовет если не к путешествиям, то к художественным свершениям уж точно. “Для меня, – признается Ханифорд, – это не просто отреставрированный старый дом, но и творческая лаборатория”.
Текст: Доминик Брэдбери
Фото: ричард пауэрс