Кирпичный дом с обширным садом на Кенсингтонской площади был построен в 1690 году. В 1801-м его превратили в типичный образчик георгианского стиля, а после Второй мировой изуродовали, разбив на три квартиры. В конце 1990-х над домом нависла угроза сноса. Теперь у дома новые хозяева, которые смогли повернуть историю вспять.
Уроженка Южной Африки, девелопер Мишель Кей с мужем жили по соседству и терпеливо ждали, не выставят ли дом на продажу. Когда это случилось, их не остановило даже плачевное состояние покупки.
Опыт работы с недвижимостью пригодился Мишель во время ремонта, который продолжался больше двух лет. Она собрала команду профессионалов, которые помогали ей с конструктивными переделками, отделкой и подбором мебели, и ежедневно ходила на стройку.
Когда дом делили на квартиры, большая часть декора была утрачена – неприкосновенной осталась только лестница. Лепные карнизы делали заново, и единственную подлинную дверь, которая оставалась в доме, скопировали и воспроизвели в гостиной и столовой. Паркет отциклевали, подвалы расчистили и устроили там гостевые спальни и винный погреб на тысячу бутылок.
В задней части дома разбили зимний сад. Его декор воспроизводит “гроты” XVIII века: стены, зеркало и консоль выложены перламутром и ракушками, а плетеные кресла выкрашены серебряной краской.
Гостиная в доме огромная – занимает почти весь второй этаж. Она оформлена в разных оттенках белого, с черными и желтыми акцентами и деталями. Главное украшение комнаты – два восстановленных камина по дизайну Джона Нэша. Этажом выше находится хозяйская спальня с огромной ванной и парой гардеробных.
В декоре есть южноафриканские мотивы: на лестнице висит африканский гербарий, в библиотеке стоят лампы из страусиных яиц и статуэтки животных. Часть мебели делали в Кейптауне, но в основном она антикварная, разных периодов – от XVIII до начала ХХ века. Выбирали ее хозяева согласно личному вкусу и простому критерию – брать лучшее.
Принцип проверенный и надежный – владельцы подобных домов всегда им руководствовались. И как показывает этот интерьер, то, что устраивало аристократию XIX века, прекрасно “работает” и для молодой семьи в начале века XXI.
Текст: Джоанна Торникрофт
Фото: АНДРЕАС ФОН АЙНЗИДЕЛ