Знаменитый декоратор Энтони Баратта оформил в штате Юта горнолыжный коттедж для семьи, которая мечтала о доме по его дизайну много лет.
В некотором царстве, в некотором государстве, а точнее в нью-йоркском пригороде Хэмптонс, в 1980-х годах стоял коттедж, наполненный теплом, уютом и клетчатыми пледами. Спроектировал его тогда еще молодой, но уже очень резвый дизайнер Энтони Баратта. Среди гостей, побывавших тогда в доме, были его нынешние заказчики. И все последующие тридцать лет, выращивая детей и меняя разные дома, эта семейная пара мечтала когда-нибудь попросить Баратту воспроизвести для них коттедж мечты. Они даже успели с ним поработать — но над проектом дома в Лос-Анджелесе, где пледы вообще и клетчатые в частности были как-то не к месту. Но потом исполнение мечты стало чуть ближе: клиенты, обожающие горные лыжи, решили купить себе домик на одном из зимних курортов.
Искали они долго, и Баратта все это время находился “в режиме ожидания”. Требования у заказчиков были непростые: хотя трое их детей выросли и живут отдельно, семья, включающая девяностолетнего дедушку, регулярно объединяется для больших праздников и еще и гостей приглашает. То есть дом им был нужен не просто уютный, но и просторный. Ну и конечно же, находящийся в удобной близости к “правильным” склонам и окруженный природной красотой. Коттедж мечты нашелся наконец в штате Юта, и Баратта вылетел инспектировать местность и вдохновляться. Хотя с дизайн-брифом как раз было все понятно: он помнил дом, который так полюбился клиентам, и цель была простая — превзойти самого себя. И не повториться при этом.
На самом деле задача одновременно выдержать собственный стиль и не закиснуть — не из легких. Баратта признается, что очень боится плагиата у самого себя. Поэтому он постоянно бросает сам себе вызов. Например, в этом доме ему хотелось поставить в столовой буфетный шкаф из березы, гикори и бутылочного стекла. Где такой купишь в штате Юта, спрашивается? Нигде. Соответственно, Баратта отправился в горы Адирондак, где такую мебель когда-то делали во множестве, и нашел там престарелого плотника, способного выполнить заказ. Бывают, конечно, и у столь опытного профессионала моменты сомнений. Например, потолочные светильники в виде старинных фонарей, висящие в этом проекте в гостиной, были сделаны на заказ и, конечно же, по размерам помещения. Но когда привезенные на объект фонари стали доставать из упаковочных ящиков, стало тревожно. “У меня сердце ушло в пятки, — рассказывает Баратта. — Они оказались выше меня. И я подумал: ну неужели на тридцать пятом году карьеры я промахнулся?” Нет, не промахнулся, как выяснилось: светильники-гиганты идеально подошли к огромной двусветной гостиной, которую хозяин дома называет своим любимым помещением в доме. “Во-первых, виды. Во-вторых, это такая дружелюбная комната — она словно манит войти, расположиться поудобнее: все эти огромные диваны, высокий камин. Ну и виды, конечно!” — смеется он.
Виды, конечно, хороши — недаром Баратта предусмотрел максимум больших, почти панорамных окон. Но и внутри дома тоже есть на что посмотреть. Баратта оформил дом со свойственной ему лихостью, свежестью мысли и острым чувством цвета. Нестандартных деталей множество: потолок столовой, например, покрыт белыми досками наподобие паркета “елочки”. Все ковры сделаны на заказ. Ткани для штор покупные, но из коллекции, которую сам Баратта сделал для марки L.L.Bean. В гостиной стоят кресла, “одетые в костюм канадского лесоруба” — в клетчатую “рубашечную” ткань Ralph Lauren Home. Сам камин обложен плиткой с миниатюрными изображениями северных оленей и медведей. Стены столовой обтянуты тканью с силуэтом диснеевского Бэмби (правда, уже взрослого, с рогами). Нижний пояс этих же стен отделан берестой, кстати говоря. Ну а все места, свободные от стилизованных зверюшек или небанальной древесины, в этом доме заняты тканью в клетку. В интерьере она присутствует в стольких вариантах, что могло бы в глазах зарябить. Диваны в гостиной, спинки стульев в столовой, шторы и обивка кресел на террасе, круглый ковер под ними, изголовья кроватей в гостевой спальне, пол там же. Но апофеозом стала, конечно, главная спальня, где красно-бело-черной клеткой обтянуты и стены, и потолок. “Я скопировал рисунок со старой фланелевой рубашки. А потом зажмурился и отпустил все тормоза”, — рассказывает дизайнер.
Хозяева дома, которые, как мы помним, любят стремительные горные спуски, в восторге. Дом, который так понравился им в молодости, из бледного воспоминания стал яркой реальностью. На вопрос, в чем же секрет успеха, Баратта отвечает с усмешкой: “Я декорирую для удовольствия”. Клиентов, поклонников или своего собственного, он не уточняет. В любом случае довольны все.
Фото: Эрик Пьясеки, продюсер: Дэвид Мерфи