В идее этого дома есть что-то от каламбура: художник Ричард Вудс построил себе дом не кирпичный, не бетонный, но деревянный (woods – это и “леса”, и “дрова”, и “породы древесины”).
Не то чтобы деревянный совсем: конструкции здесь стальные, фасады пронизаны большими остекленными проемами. И, самое главное, древесина как-то умудряется выглядеть в этом контексте не прадедовским стройматериалом, а ироничным средством самовыражения. А россыпь сучков на покрывающих стены досках смотрится почти как растр в поп-артовских псевдокомиксах Роя Лихтенштейна. Особенно в сочетании с небанальным набором мебели и с попадающимися тут и там яркими цветами (кое-где дерево как будто бы броско раскрашено – но и тут фактура дерева не замаскирована, а только утрирована).
“В своих работах я перехожу границы между искусством, архитектурой и дизайном. Мой дом выражает, как мне кажется, ту же самую идею”, – объясняет Ричард Вудс, в чьих произведениях действительно часто обыгрываются архитектурно-дизайнерские элементы: мотивы шинцевых обоев, фахверковых домов, кирпичной кладки и так далее. Вудс живет в этом доме со своей женой, детской писательницей Джесс Спаньол, и тремя детьми – 14-летним Майло и 10-летними близнецами Лорканом и Аугустой.
Четырехэтажный дом, стоящий на тихой улице лондонского района Хакни, построен на месте ветхого гаража. В его внутренних помещениях древесный дух преобладает не только визуально: здесь буквально пахнет деревом, что и неудивительно, поскольку и половицы из дубового массива, и фанерные CLT-панели, из которых сделаны стены, намеренно оставлены без отделки. Эта лаконичность, помимо прочего, выглядит комфортным фоном для созданных Вудсом предметов обстановки. Среди них вещи из коллекции Wrongwoods (вот и еще один каламбур), которую он разработал вместе с дизайнером Себастианом Ронгом.
В этом ни на что не похожем доме также “полно вещей, которые я собирал на протяжении многих лет, – объясняет Вудс и продолжает: – Это очень интересно, когда вокруг твои собственные работы живут вместе с работами других”. Здесь есть мебель дизайнеров от Вернера Пантона до Джаспера Моррисона, а на стенах висят бесчисленные произведения искусства. “Среди них очень много подарков”, – уточняет Вудс. Ему самому из этой коллекции больше всего нравится выразительный эстамп Марка Титчнера, а также серия лайтбоксов Мэта Коллишоу (эти работы были исполнены как подарок Вудсу по случаю рождения старшего сына Майло).
Средоточие семейной жизни – второй этаж. В передней части помещается просторная гостиная с пестрым набором дизайнерских предметов, аккуратно расставленных вокруг двух кожаных диванов. Далее расположена совмещенная со столовой кухня, которая освещается большими окнами от пола до потолка. Раздвинув их панели, можно выйти на укромную небольшую террасу, заставленную растениями в кадках. На третьем этаже в лестничный холл выходят четыре спальни и ванная. Их двери, выкрашенные в пастельные оттенки серого, голубого и зеленого, контрастируют с яркими осенними цветами низкого буфета из коллекции Wrongwoods. Рядом стоят два стула Low Slung, которые Вудс создал для своей недавней выставки в галерее Saatchi.
В доме супруги не только живут, но и работают. Большая светлая мастерская Вудса и его команды находится на первом этаже, а кабинет Джесс – на четвертом. “Это, конечно, очень приятно, когда ради работы не надо выходить из дома, – комментирует Вудс. – На практике это означает, что мы проводим больше времени вместе как семья”.
Ричард и Джесс, познакомившиеся на вечеринке 24 года назад, мечтали о собственном доме очень давно. Каким должно быть жилище – это они решили быстро: деревянным, но прочным, теплым, экологичным, использующим солнечную энергию. Вот найти подходящее место для строительства оказалось гораздо более сложным делом. В конце концов кто-то из друзей обратил их внимание на этот участок в Хакни.
На переговоры и покупку ушло полтора года. Семья продала старый дом и жила в съемной квартире, пока не были готовы сделанный архитектурным бюро dRMM проект и разрешение на строительство, это тоже заняло изрядное время. Как ни парадоксально, меньше всего времени потребовалось на само строительство и обустройство. Супруги вселились в дом через шесть месяцев после того, как в Лондон из Мюнхена прибыли изготовленные там по заказу архитекторов CLT-панели. Эта технологичность хозяевам особенно по нраву: “Дом должен быть чем-то, что может свободно жить и меняться, а не застывшим музеем”, – настаивает Ричард Вудс.
Текст: Исобель Даймонд
Фото: люк уайт