Марина Переверзева прошла путь от младшего редактора в советском издательстве до основателя первой в России типографии международного уровня “Алмаз-Пресс”. Три года назад ей пришлось продать свой бизнес, и она решила начать новую жизнь в новой квартире – обязательно в центре и непременно с видом из окна. “У меня маниакальное отношение к картинке, – говорит Марина. – Пятнадцать минут утром у окна с чашкой кофе – это заряд на весь день”. Когда она сказала риелторам, что хочет панорамные окна и чтобы было много света, они ответили: ну понятно, вам нужен пентхаус. “Я думала, это что-то порнографическое – как полиграфист, я знала только журнал Penthouse”, – смеется хозяйка, с любовью оглядывая город из панорамных окон своей квартиры.
Деньги у Марины были – но во всей Москве не было подходящего помещения. Когда она почти отчаялась, позвонил знакомый и предложил съездить в новый дом на углу Страстного бульвара. Увиденная там квартира Марину потрясла, но оказалось, что она не продается без мансарды и все вместе занимает около 400 м². К таким расходам покупательница была не готова.
“Мне дали три дня на размышления, – вспоминает она теперь. – Я мучилась. Никогда не думала, что можно на себя потратить так много денег. К тому же мне казалось, что в таком пространстве, открытом на все четыре стороны, жить нельзя. “Где ты будешь ставить унитаз?” – спрашивала я себя. Но картинка не давала мне спать. И мне становилось безумно жалко, когда я думала, что кто-то другой купит этот пентхаус, настроит там тесных комнат и убьет всю красоту. Была уверена, что уж я-то это место не испорчу”. Сомнения помог разрешить тот же приятель, который показывал Марине помещение. Он сказал: “Это твое, не отдавай никому. Да, эта квартира стоит как отличный печатный станок. Но нужен ли тебе еще один станок?” И решение было принято.
Архитекторов на проекте сменилось множество. Сначала Марина пригласила модных, маститых. Им понравилось место и задача, сладкая для профессионала, – квартира для одного. Но клиент их по большому счету не интересовал: с хозяйкой поговорили два раза по полчаса. В результате архитектор спроектировал квартиру для себя. “Это был неплохой дизайн, но меня в нем не было”, – считает Марина.
Тогда она решила дать шанс молодежи, свежим людям с идеями и пригласила другую команду. Ей нарисовали симпатичный проект, в котором дом был устроен, как корабль. “Мне кажется, ничего в этом нового нет. Да и я не моряк”. А когда очередной проект все-таки был утвержден и строители начали работать, выяснилось, что осуществить его невозможно: нельзя пробить новые проемы между этажами, нельзя перенести коммуникации, и так далее. Но стройка уже началась, остановить ее было проблематично.
На этом этапе к проекту подключилась дизайнер Юлия Осколкова, и с тех пор девушки обходились собственными силами. Позволить строителям простаивать они не могли, так что планировку рисовали прямо на полу, розетки отмечали на стенах. Все интерьерные решения напрашивались сами собой. С самого начала было ясно, что пространство нужно делить на крупные части, не мельчить. Хотя дизайнер волновалась, что будет мало уголков, где можно свернуться калачиком: “Хотелось, чтобы отдельные зоны были камерными. Я добилась этого с помощью сложного, немного театрального света, который выхватывает отдельные зоны, где можно чувствовать себя в маленьком пространстве, а не в большом”. За мебелью Марина с Юлией ездили на выставку в Милан, кресло-качалку дизайнеров Имзов везли самолетом из Парижа, дубовые полы для них состаривали в Вышнем Волочке. Особая гордость Юли – то, что удалось получить право построить на крыше летний домик с террасой и устроить в центре мегаполиса дачную жизнь.
В течение года дизайнер приезжала на этот объект каждый день. “Но работать было легко, – говорит она, – место потрясающее, хозяйка – человек и со вкусом, и с деньгами. Ни с кем из предыдущих заказчиков я не совпадала настолько в видении интерьера”. Марина тоже вспоминает это время с удовольствием: “Я убеждена, что если хочешь сделать свой дом, то надо быть готовым тратить на него время. Нужно этим жить. Мне очень повезло, что сейчас у меня есть возможность этим заниматься”.
Текст: Ольга Косырева
Фото: Кен Хейден