Квартира в Москве по проекту Кирилла Истомина, 80 м²

В московской квартире, оформленной Кириллом Истоминым, царит дух ностальгии по светлому и прекрасному ушедшему прошлому.
Admagazine

Декоратор Кирилл Истомин

Кирилл Истомин – самый иностранный из русских декораторов. Благодаря учебе и работе в Америке он подходит к интерьерам по-западному: великолепно разбирается в исторических стилях, знает антиквариат и винтаж, виртуозно сочетает вещи и прибегает в работе к экзотическим для России штукам типа “использование старинного паркета из разрушенного особняка” – когда мы пишем о европейских интерьерах, этот мотив встречается сплошь и рядом. О русских – только в случае с истоминскими проектами.

Китайская люстра ранее висела в прихожей Брук Астор в Нью-Йорке; ореховый секретер, Франция, XIX век, из коллекции Элен Роша, куплен в Париже; коллекция винтажных ботанических литографий и пара старинных английских стульев приобретены в Лондоне; деревянный портал в китайском стиле и настенное панелирование с зеркальными вставками выполнены по эскизам Истомина; бра с подвесками из горного хрусталя, Bagués.

Уильям Уэбстер; Фриц фон дер шуленбург

И одновременно Истомин – возможно, самый русский из наших декораторов. Понимание прекрасного у него очень... национальное: он смотрит на свои объекты, по-моему, так же, как смотрели архитекторы Екатерины Великой на оформляемые ими комнаты в Царском Селе.

Кресло с крутящимся сиденьем из коллекции Ли Анненберг обтянуто бархатом, Allegra Hicks; антикварные китайские подсвечники куплены в Париже; винтажные “китайские” обои ручной росписи, de Gournay, были специально заново скомпонованы для стен коридора.

Уильям Уэбстер; Фриц фон дер шуленбург

Не удивительно, что заказчики у Кирилла в основном самого высокого полета и в портфолио его множество домов, ни в чем не уступающих дворцам. Этот проект, однако, совершенно необычен – работающие на Истомина прекрасные девушки-пиарщицы показывали мне его с колебанием.

Женский портрет над диваном, Россия, конец XVIII века; люстра, Россия, конец XIX века; антикварный китайский журнальный столик из коллекции Элен Роша; настольная лампа слева от дивана, Россия, конец XIX века, — собственность хозяев; диван сделан на заказ и обтянут бархатом от Scalamandré; пара кресел обтянута стеганым шелком от Highland Court; подушки на диване из фиолетового бархата от Manuel Canovas; стеллаж с зеркальным задником выполнен по эскизам Истомина в Москве.

Уильям Уэбстер; Фриц фон дер шуленбург

Дело в том, что площадь интерьера, о котором идет речь, совсем не дворцовая и не “истоминская”. Это не дом, не вилла, а квартира – маленькая, 80 м², квартира в тихом доме 1950-х годов. Принадлежит она семье, с которой Истомин уже работал раньше – оформлял им загородный дом; эта квартира должна была использоваться два-три дня в неделю.

Покрывало на кровать из старинного кружева и накидки на подушки сделаны по аналогу личной спальни императрицы Александры Федоровны в Царском Селе; восточный ковер на стене — собственность хозяев; шерстяной ковер на полу выполнен на заказ.

Уильям Уэбстер; Фриц фон дер шуленбург

“Мы с этими людьми очень сошлись и оказались душевно близки, работать с ними вместе над интерьером было невероятным удовольствием. Они любят антиквариат, любят все старинное и винтажное – в России это редкость”, – рассказывает Кирилл.

Французский антикварный комод ранее принадлежал роду князей Оболенских; встроенные шкафы выполнены по эскизам Истомина и изготовлены в Москве.

Уильям Уэбстер; Фриц фон дер шуленбург

В основу интерьера легли... винтажные обои 1950-х годов в стиле шинуазри, которыми оклеена стена в коридоре. “Мы купили эти обои и стали от них “танцевать”. Монтировать их было нелегко: винтажные обои сняты с чьей-то стены, в них есть потертости и дырки, пришлось все перекраивать. Высоты не хватило на всю стену – так по низу коридора появился зеркальный фриз”. Коридор, кстати, был единственным фрагментом квартиры, который Истомин перестраивал – делал шире. “Секретер, который там сейчас стоит, в спальню все равно не вставал. Мы расширили коридор, чтобы обеспечить там полноценное рабочее место”.

Занавески выполнены из шелка, Jim Thompson; ламбрекен и кресло обиты льном ручной печати с авторским орнаментом. Портрет персидского шаха над кроватью — копия оригинала XVIII века; подушка на кровати из винтажного тигрового бархата от Le Manach; изголовье сделано на заказ по эскизам Истомина и обтянуто тканью от Kravet Couture; покрывало на кровать сделано на заказ из шелка от Clarence House; пара восточных керамических прикроватных ламп — винтажные; прикроватные тумбочки выполнены по эскизам Истомина.

Уильям Уэбстер; Фриц фон дер шуленбург

Интерьер во многом наполнен вещами, которые были куплены для загородного дома хозяев, но “не влезли” туда. “От интерьера есть ощущение, что все эти вещи, пусть и хорошо сочетающиеся между собой, очевидно, не принадлежат этой квартире и были свезены из разных мест – как будто из другого, более широкого мира. При такой небольшой площади это было неизбежно: нужно было делать миниатюру, квартиру-шкатулку. Мне это очень нравится – получилось похоже на квартиру русского аристократа-эмигранта в Париже 1930-х. Я про себя называю этот интерьер “Княгиня Трубецкая в изгнании”. Во всем этом есть нечто ностальгическое и светлое”, – рассуждает Кирилл Истомин. И еще очень, очень русское, добавлю я от себя.

Интерьер опубликован в коллекционном номере "Лучшие дизайнеры и интерьеры России", который можно скачать бесплатно в нашем киоске в app store.

5918

Текст: Евгения Микулина

Фото: Уильям Уэбстер; Фриц фон дер шуленбург