Дизайнер Фабрицио Казираги считает, что для маленькой и обделенной солнцем квартиры нет ничего лучше темных стен.
Фабрицио Казираги
Краткая биография:
Родился в Милане. В детстве много путешествовал по свету вместе с родителями — был в Кении, Египте, на Кубе. Там, видимо, и зародилась его любовь к экзотике.
Окончил миланскую Политехническую школу, где учились многие знаменитые дизайнеры-предметники, но сам он решил заняться интерьерами.
После стажировки в бюро Dimore Studio, в 2015 году он перебрался в Париж и открыл там собственную студию.
Ни один проект Фабрицио Казираги не обходится без этники. “Мне нравится добавлять в интерьер вещи из отдаленных уголков планеты. Для меня это и есть современный подход к дизайну”, — говорит он. Не удивительно, что Казираги легко сошелся со своим заказчиком, директором парижского маркетингового агентства Pschhh Sébastien Brocandel, который мечтал найти в своем новом доме место для скопившихся у него экзотических сувениров.
Квартиру площадью 50 м² Брокандель купил за хорошее расположение – она находится в квартале Марэ — и за архитектуру — у дома красивый фасад, а внутри сохранились оригинальные детали вроде лепнины и каминного портала. Прежний хозяин, видимо, пытался зрительно расширить пространство, закрасив все, что можно, белой краской.
“Когда я впервые сюда зашел, сразу подумал, что неплохо было бы добавить в интерьер цвета, — обстановка напоминала операционную”, — говорит дизайнер. К тому же в квартире не хватает естественного света, а это белой краской “не лечится”. “В такой ситуации надо, наоборот, использовать темные тона”, — считает Казираги, который покрасил гостиную в темно-синий цвет, а на пол положил ковер оттенка кардинальской мантии.
Перепланировка в квартире была минимальной. Дизайнер лишь поменял местами ванную и кухню, которая теперь занимает крошечный закуток, а столик для завтраков вообще выехал в прихожую. “Знаете, каждый отдыхает по-своему, — говорит хозяин квартиры, с подачи которого случилась эта рокировка. — Я после долгого рабочего дня предпочитаю не стоять у плиты, а полежать в ванне”.
Дизайн ванной комнаты навеян интерьерами миланской виллы “Некки”, которую в 1930-е годы построил Пьеро Порталуппи. “Может, это и глупо, но я всегда вспоминаю этот дом, когда берусь за новый проект, — признается Казираги. — И каждый раз нахожу там идеи, которые можно позаимствовать”.
В интерьере вообще много отсылок не только к дальним странам, но и к европейским 1920–1930-м годам. “Я из тех людей, кто одинаково любит техно-музыку и оперу, — говорит Брокандель. — И попросил Фабрицио, чтобы интерьер был таким же разнообразным”. Выполняя это пожелание, дизайнер перемешал имевшиеся у заказчика этнические вещи с дизайнерской мебелью ХХ века и безымянными вещами с блошиных рынков. Такими, как лаковый экран, который занял место в изголовье хозяйской кровати. “Мы нашли его совершенно случайно, а потом обнаружили, что он ровно той же ширины, что и кровать. Как будто он был сделан специально для моей квартиры. С этой вещью я теперь точно не расстанусь!”
Текст: Иэн Филлипс
Фото: стефан жульяр