«Мама, ты по-прежнему занимаешься мэганизацией?» – регулярно спрашивает актрису Мэг Райан ее 24-летний сын Джек, подтрунивая над любовью матери к обустройству интерьеров. Нынешняя резиденция актрисы – ее девятый по счету дизайнерский проект.
«Знаю, что большинство людей сочтет безумием мою страсть к интерьерам», – говорит Мэг, стоя посреди залитой вечерним солнцем кухни в ее лофте в Сохо. Актриса облачена в безразмерный синий свитер, брюки оливкового цвета и распространяет вокруг запах жасмина. «Дело в том, что я обожаю процесс ремонта. Кажется, это как-то связано с моей профессией. Актеры мало что могут контролировать. Ты вечно произносишь чужие слова, находишься в декорациях, которые придумал кто-то еще, и создаешь мир таким, каким видит его режиссер. А когда я начинаю очередной ремонт, то полностью контролирую процесс, это мой шанс показать миру, кто я такая».
Последние двадцать пять лет все мы в каком-то смысле живем в «мэганизированном» мире – чуть более прекрасном, остроумном, благородном и осмысленном, чем наша обычная реальность. И все это благодаря ее экранным образам – начиная с романтической комедии «Когда Гарри встретил Салли» и в последовавших затем фильмах «Прелюдия к поцелую», «Неспящие в Сиэтле», «Город ангелов» и «Вам письмо». В 2015 году Райан снялась в драме «Итака» о событиях Второй мировой войны, эта картина стала также ее режиссерским дебютом.
«Я прожила множество жизней», – говорит актриса, имея в виду не только работу в кино, но и разные периоды своей реальной биографии: детство в Коннектикуте, жизнь в Голливуде, где она вышла замуж за Денниса Куэйда, развод и последовавшее за ним возвращение на Восточное побережье. Довольно долго Райан вместе с приемной дочерью Дейзи Тру жили в Нью-Йорке на съемных квартирах, периодически переезжая с места на место. В пятом по счету жилище актриса поняла, что было бы неплохо наконец обзавестись постоянным адресом.
В лофте, где она сейчас живет, Мэг впервые побывала еще пятнадцать лет назад – в роли гостьи на какой-то вечеринке. «Я вспомнила это место, как только сюда вошла, хотя тогда квартира выглядела совершенно иначе и успела с тех пор сильно измениться. В какой-то момент здесь располагалась фотостудия Синди Шерман. В комнате, где была ее проявочная, теперь моя гардеробная. Но даже тогда квартира поражала своими объемами. Она очень нью-йоркская, в ней чувствуется кинематографичность. И это меня привлекло, я захотела с этим поработать».
Чтобы воплотить свои идеи, Райан пригласила архитектора Джоэла Баркли и дизайнера Монику Гибсон. «Я сказала Монике, что мне нравятся разные этапы моей жизни и мне хотелось бы выразить это в интерьере, – рассказывает актриса. – Я никогда не была сентиментальной, но сейчас понимаю ценность прошлого». Гибсон, в свою очередь, отмечает, что работать с Райан – одно удовольствие: «Мэг отлично разбирается в дизайне и интерьерах. Она и сама могла бы быть дизайнером! У нее врожденный талант, и ее квартира отражает ее характер. Когда ты приходишь к ней на ужин и она босая открывает тебе дверь, ты сразу же чувствуешь дух этого места и позволяешь себе расслабиться. В этом вся она».
Актриса многие годы собирала мебель и аксессуары по антикварным лавкам всего света, и ей хотелось найти в интерьере место всем этим вещам. Райан также попросила Баркли поделить лофт на небольшие комнаты, чтобы они вместе с дочерью, которой уже одиннадцать лет, могли почувствовать домашний уют, почитать, посмотреть кино или что-то написать. «Этот дом отражает мое сегодняшнее состояние, – говорит Райан. – Я устала от кочевой актерской жизни. Мне нужен был настоящий дом, и здесь я его обрела». На ее лице расцветает обезоруживающая улыбка, она на секунду умолкает, а потом приглашает меня в столовую. «Пойдемте я вам кое-что покажу, – говорит она и через секунду протягивает мне стеклянный кувшин, наполненный ассорти из маленьких пуговиц. – Их собрал мой подрядчик во время ремонта. Это пуговицы, которые закатились в трещины старого пола много лет назад, когда в этом помещении была швейная фабрика. Пуговицы напоминают мне о том, что это пространство тоже прожило много разных жизней».
Текст: Майкл Хейни Стилист: Anita Sarsidi. Wardrobe Stylist: Rachel Wirkus. Hair: Sally Hershberger. Makeup: Matin for Tracey Mattingly
Фото: WILLIAM ABRANOWICZ