Интерьер

В гостях у Татьяны Роговой: дом директора школы “Детали”

Директор школы “Детали” Татьяна Николаевна Рогова отстроила новый дом после пожара и показала его AD.
В гостях у Татьяны Роговой дом директора школы “Детали”. Светильник для гостиной Татьяна Николаевна купила в салоне...
Светильник для гостиной Татьяна Николаевна купила в салоне “Светильники на Ордынке”.Фото: Михаил Степанов

Татьяна Николаевна Рогова рассказывает мне о своем прошлом в автобусе, который везет нас из Диярбакыра на гору Немрут, — с год назад бессменная руководительница школы “Детали” оказалась в самолете на соседних креслах с основателем компании Art de Vivre Ефимом Муромцевым, и они задумали большое путешествие по Турции, в которое позвали партнеров и друзей. Еще до перестройки Татьяна Николаевна по линии профсоюзного движения объездила полсвета. Добралась даже до Австралии и Новой Зеландии, а параллельно изучала историю искусств на истфаке. 

Татьяна Николаевна Рогова с дочерью Вероникой Блумгрен и внучкой Алексой-Софией.

Фото: Михаил Степанов

“Я работала в организации под названием “Всесоюзный центральный совет профессио­нальных союзов”, — рассказывает Рогова. — Там сложилась интеллектуальная компания: ты не мог не читать толстые журналы, не мог не разбираться в политике, не мог плохо го­ворить на языках”. В 1990‑х, когда все вокруг пришло в движение, она неожиданно для себя оказалась в банковской сфере — и снова путешествия, но уже в прямо противоположном от Австралии направлении, по городам Крайнего Севера (банк занимался инвестициями в добывающую отрасль). На рубеже тысячелетий Татьяна Николаевна могла уже позволить себе размышления о том, чтобы уйти на заслуженный отдых. Но именно в этот момент она вместе с дочерью Вероникой Блумгрен, успевшей отучиться в Школе искусств в Стокгольме и Датской академии дизайна, задумала главное дело своей жизни — школу декораторов “Детали”.

В двусветной гостиной диван и пуф, сделанные на заказ в Loffilab; на переднем плане кресло, доставшееся по наследству от родителей мужа; на диване турецкое покрывало.

Фото: Михаил Степанов

Заведение, выпускники которого теперь составляют добрую половину списка лучших дизайнеров России, начиналось во дворах на Патриках. “Это была совершенно бредовая идея. У нас не было ничего — ни лицензии, ни помещения и никаких источников информации, кроме Yellow Pages. А без помещения не давали лицензию, и наоборот, — рассказывает Рогова. — Мы уговорили ЖЭК, чтобы они сдали нам часть своего пространства в Большом Козихинском переулке”.

По бокам от камина перетянутые современной тканью кресла 1960-х годов.

Фото: Михаил Степанов

Но найти место — полдела. Школе нужны были ученики. “Мы повесили растяжку на Садовом и дали маленький рекламный блок в журнале “Мезонин”. Сидели и думали, что сейчас народ к нам повалит, но этого не произошло. Все советовали отложить запуск на полгода. Но что изменится за полгода? Ничего. У нас было четверо платных студентов и пять бес­платных — звали всех, кто хочет. Почти со все­ми мы поддерживаем отношения до сих пор. А потом был наш звездный набор: Надя Анань­ева, Ира Дымова, Алена Вилюкова”. 

Светильник для гостиной Татьяна Николаевна купила в салоне “Светильники на Ордынке”.

Фото: Михаил Степанов

На столе тарелки, расписанные выпускницей “Деталей” Ириной Татарниковой.

Фото: Михаил Степанов

Дача — это тоже совместный проект Татьяны Николаевны с Вероникой. Они даже написали о ней книгу, которая так и называется: “Дача”. Правда, дом в ней другой, не тот, что вы видите на фотографиях.

Давно, еще в советские времена, у Татьяны Николаевны с мужем был дом в Касимове. “Это была любовь, — говорит она. — А потом мы сгорели. Или нас сожгли”. Утрата была горькой, и снова окунуться в дачную жизнь Рогова решилась лишь много лет спустя: примерно параллельно с запуском “Деталей” они с Веро­никой купили в Сергиевом Посаде, в одном из первых советских садовых товариществ, два соседних участка. На одном из них даже сохранился вполне приличный дом середи­ны ХХ века. А второй они построили с нуля — он‑то и фигурировал в вышеупомянутой книге. Но несколько лет назад тоже сгорел — в самый неудачный момент, когда Татьяна Николаевна ждала в гости Веронику, которая уже давно вместе с семьей базируется на Бали. “В такой момент понимаешь: надо взять себя в руки, отложить все эмоции. С февраля 2019 года на участке пошла могучая работа: надо было разобрать пожарище, а на дворе зима, кругом снег, — вспоминает Рогова. — Но мне повезло: появилась очень правильная бригада строителей, а куратор ландшафтного курса “Деталей” Татьяна Лебедева нашла мне прораба — своего старого приятеля, бывшего военного ­разведчика”.

Кухня из IKEA; стулья 1960-х годов. “Они были в каждой советской квартире, но мы сделали им черные сидушки, и они заработали совсем по-другому”, — ­говорит хозяйка.

Фото: Михаил Степанов

Решено было ставить каркасный дом: “Это в четыре раза дешевле и немного быстрей”. Проект выбирали вместе с Вероникой — нашли вариант, максимально похожий на сгоревшую дачу, и слегка его доработали. “В отношении цвета у нас разногласий не было: дом и снаружи, и внутри белый. Белый допускает любые комбинации, — говорит Татьяна Николаевна. — А потом встал вопрос, чем его наполнять”.

Спальня Вероники Блумгрен. Кровать с изголовьем от Loffilab; дорожка со стамбульского базара.

Фото: Михаил Степанов

Может, внешне этот дом и не похож на старые советские дачи, но внутри у них много общего: он наполнен предметами, переехавшими из города в деревню. Только раньше так делали от бедности, а здесь — из уважения и любви к прошлому. “Очень важно, когда про каждую вещь ты можешь рассказать историю”, — считает Татьяна Николаевна. Часть обстановки — из интерьера старой дачи, которая до сих пор стоит на участке и чудом избежала пожара. “Я вынесла оттуда все что есть достойного”, — смеется Рогова. Это вещи пусть не знаменитые, но с биографией: плетеное кресло, когда-то принадлежавшее родителям мужа, антиквар­ное зеркало со столиком, купленные еще во времена касимовской дачи, стулья 1960‑х го­дов. По отзывам друзей, новый дом сохра­нил атмосферу прежнего. Но стал вдвое больше: здесь около 180 м2 и четыре спальни, в которых нашла место коллекция ковров, купленных в разные годы на стамбульском базаре.

Татьяна Николаевна со смехом цитирует Грибоедова: “Пожар способствовал ей много к украшенью”. Еще через пару часов она, несмотря на бешеный ветер и надвигающийся дождь, будет взбираться на Немрут (две тысячи метров над уровнем моря), подавая пример своим более молодым приятельницам. Так что совершенно ясно: дело тут не в пожаре, а в бешеной энергии, которой заряжена эта хрупкая женщина, — такая энергия в огне не горит, в воде не тонет и сметает любые препятствия.

Спальня Татьяны Николаевны. Столик и зеркало она купила еще в советские времена в Касимове.

Фото: Михаил Степанов